Газета Слонимская

Слонимчане за границей

Сергей из Нью-Йорка, Женя из Дубая, Ольга из Стокгольма, Валера из Ниццы, Лёша из Хьюстона... Их всех таких разных объединяет одно — место рождения и жительства — город Слоним. Мы расскажем вам о тех, кто уехал из нашего провинциального городка много лет назад или, наоборот, совсем недавно. Наши земляки поделятся прелестями или горестями эмиграции. Следите за публикациями.

Предыдущее
Газета Слонимская

Куба глазами слонимчанки. Часть 2

Автор(ы): Ирина КОЖЕВНИКОВА

Пришла на первый урок с гитарой, и мы начали первое знакомство с песен. И я попала в мишень. Оказалось, Коля тайно мечтал научиться игре на гитаре. Моя игра и мои песни затронули его до глубины души, и он сразу же попросил научить его играть. Так, помимо русского языка, стала я преподавать игру на гитаре.

Гавана

Продолжение. Начало тут

Улетела домой на несколько месяцев — пробыла десятилетие

Пришла на первый урок с гитарой, и мы начали первое знакомство с песен. И я попала в мишень. Оказалось, Коля тайно мечтал научиться игре на гитаре. Моя игра и мои песни затронули его до глубины души, и он сразу же попросил научить его играть. Так, помимо русского языка, стала я преподавать игру на гитаре.
Мой месячный заработок тоже выдавался в продуктах. Я заранее подготавливала список, и Мими всегда выполняла все мои заказы. Баловень судьбы, любимец семейства, десятилетний Коля очень привязался ко мне и потребовал от родителей, чтобы я вместо трех раз в неделю преподавала шесть раз.

Я попыталась объяснить мальчишке, что из-за проблем с транспортом это будет невозможным. Добираться домой пешком вечером почти восемь километров по улицам без электричества было небезопасно. А простаивания на автобусных остановках иногда затягивались на часы. Приехав домой после девяти вечера, я теряла возможность общения с дочкой. Мой аргумент не очень успокоил ученика, и вскоре мне сообщили, что при моем согласии давать уроки шесть раз в неделю мне обеспечивалась доставка домой на самом крутом автомобиле того времени — личной бээмвэшке торгпреда Болгарии.

Философия Кубы
Два с половиной года жизни на Кубе открыли для меня одну истину: живя в бедности и голоде, кубинцы сумели сохранить в душе доброту и веру в новый день. Я всегда восхищалась их неземной энергией, жизнерадостностью и способностью найти положительное в каждом мгновении жизни.
Я не смогла стать одной из них. Ностальгия росла в душе и становилась невыносимой с каждым прожитым днем.

Не видеть родителей и сестер больше двух лет и не слышать родной речи было очень больно. Я потеряла сон и аппетит, и жара стала мучить еще больше мое изнеможенное тело. Муж собрал семейный совет, и все согласились, что мне необходимо съездить на пару месяцев в отпуск на родину. Я очень боялась, что кубинская семья не отпустит со мной дочку, всеобщую любимицу. Но экономическое положение в стране было настолько нестабильным, что с моим отъездом обрекалась наша семья на голод. В том, что дочке будет со мной надежнее и сытнее, не сомневался никто.

Ирина Кожевникова

Покидая солнечный остров и ставшую родной кубинскую семью на несколько месяцев, я не думала, что наша разлука затянется на... десятилетие.

Встреча с Кубой почти десять лет спустя
В апреле 1992 года я покинула солнечный остров, чтобы наконец повидаться с семьей и насладиться родным языком. Помню, в самолете, когда мы взлетели над ночной Гаваной, у меня сильно защемило сердце: оно, наверное, чувствовало, что нескоро увижу я тех, кто эти два с половиной года окружал меня заботой и теплом. Так оно и вышло.

Моя следующая поездка на Кубу состоялась в 2002 году, ровно десять лет спустя. За эти насыщенные 10 лет многое в моей жизни изменилось. Муж эмигрировал в Швецию в 1993 году, а в 1996-м и мы с дочкой смогли туда переехать. Новая жизнь начиналась с нуля, потому о дорогостоящей поездке на Кубу нам приходилось только мечтать. К нашей всеобщей радости, в марте 1997 года смогла к нам приехать на несколько месяцев свекровь Ракель. Швеция ей очень понравилась, но показалась очень скучной и холодной.

В 2002 году смогла я с семьей позволить себе наконец-то посетить страну горячего солнца, как я окрестила Кубу в 1992 году.
Зная о том, что на Кубе по-прежнему было нелегко приобрести предметы первой необходимости: мыло, дезодорант, стиральный порошок, пастельное белье, полотенца и многое другое — мы напаковали чемоданы под завязку всеми необходимыми вещами и подарками. Особенно хотелось угостить кубинцев чисто шведскими деликатесами: шоколадом «Марабу» и икрой «Каллекавиар», которая продавалась в тюбиках, как зубная паста, и очень подходила к блюдам с яйцами.

Куба спустя годы
Квартира в центре Гаваны, которая когда-то мне показалось огромной роскошью, встретила меня запустением. Она успела изрядно обноситься и нуждалась в неотложном ремонте. Престарелые тети мужа были не в силах поддерживать ее в надлежащем состоянии. Свекровь предложила нам остановиться у нее, и мы согласились.

Мне очень хотелось пройтись по улицам, по которым я когда-то отшагала много-много километров. Но оказалось, что одной ходить по улицам было небезопасно.
— Ты очень похожа на туристку сейчас, — сказала свекровь и добавила: — Останешься без сумочки, обу­ви, часов.
Я узнала, что все это легко вырывалось на ходу у зазевавшихся туристов.

Куба вчера и сегодня

Гавана встретила меня 25-градусной жарой и запахом жареных бананов

Проехав по любимой Авениде, 26, удивилась обилию магазинов, наполненных одеждой, посудой, мебелью. Такой роскоши не было десять лет назад. Во многих местах продавали мороженое (тоже роскошь в 90-х) и прохладительные напитки.

Дочка изъявила желание посетить ее излюбленное место детства — зоопарк, который в первый год жизни на Кубе мы посещали через день. Старый гаванский зоопарк встретил нас тишиной и запустением. Многие животные и птицы не пережили суровых испытаний специального периода. Изо всех нами любимых животных остался в зоопарке лишь розовый фламинго, зебра и бегемот.

 

— Почему в зоопарке почти нет животных? — я задала вопрос рабочему, кормившему обезьян.

— Старый директор зоопарка любил повеселиться и хорошо поесть, многие птицы и животные стали жертвами праздничных застолий, — грустно сообщил рабочий, но, увидев изумление на наших лицах, быстро добавил: — Я пошутил, не пугайтесь! В Гаване есть новый зоопарк, там бьет жизнь ключом.
Мы не стали разыскивать новый зоопарк, а поспешили к обновленному аквариуму.

После посещения аквариума я решила вспомнить старые времена и проехаться в городском автобусе. Мне не пришлось, как когда-то, бежать за переполненным автобусом в надежде, что он остановится через 100-200 метров и чьи-то дружеские руки помогут мне втиснуться внутрь. Сейчас все было намного лучше. Почти новый автобус-гармошка прокатил меня с ветерком, и мне удалось даже сесть.

По-другому выглядели и прилавки продуктовых магазинов. Но цены были не по карману каждому кубинцу. Я узнала, что в этих магазинах отоваривались в основном те, у кого родственники проживали за границей, большинство в Майами, и могли выслать доллары. Большинство же кубинцев по-прежнему перебивалось на овощах, фруктах, соевых продуктах, рисе и яйцах.

Я узнала тоже, что кубинская национальная монета песо играла лишь символичную роль и заменилась новой кубинской валютой, которая условно была названа СУС. В то время 1 СУС был равен чуть меньше 1 евро или 50 кубинских песо.

Мне очень хотелось съездить на пляж и искупаться. Для кубинской семьи мое желание показалось странным. Каждый день к нам приходили многочисленные родственники и друзья семьи, всем надо было уделить внимание.

— Как это ты уедешь на пляж на весь день? — спросила свекровь с грустной ноткой. — Ведь мы не знаем, когда увидимся снова, хочется каждую минутку провести вместе.

К сожалению, никто из семьи не выражал желания ехать на пляж со мной. Для кубинцев море-океан — обычная вещь, как для нас лес. И купаться в ноябре, когда днем «лишь» 25 тепла, не многие жаждут.

Новая встреча с Кубой очень порадовала меня. Покидая эту необычную страну с чувством удовлетворения и благодарности, пообещала себе непременно вернуться сюда снова... собрать денег и позволить себе провести хотя бы несколько дней на самом красивом пляже мира — Варадеро. Кубинское тепло, солнечное и человеческое, запоминается надолго каждому, кто посещает Кубу. Оно, как живительная вода, наполняется тело и душу энергией, гармонией и вдохновением.
Я исполнила свое обещание, посетив опять Кубу в 2014 году. Побывала на Варадеро и с радостью отметила еще больше позитивных преобразований.

До скорой встречи, Остров Свободы!

В сентябре 2014 года на мой 50-летний юбилей подарил мне мой муж еще одну возможность побывать в стране горячего солнца. К тому времени не осталось в живых ни одной тети, с которыми мне когда-то пришлось делить жилье, быт и «кусок хлеба». Бедные старушки так и не дождались, чтобы увидеть деток своей любимицы, моей дочери Нелии. В нашу огромную квартиру переселился отец мужа Давид, успевший овдоветь и оставивший свое жилье дочери второй жены.

Мы и на этот раз остановились у свекрови, в ее «резиденции», как она любит называть свой красивый домик, где в далеких 50-х размещалось посольство Швеции. Кто бы мог подумать, что через полвека в этих комнатах опять будут обитать граждане Швеции в нашем лице. Вот и не верь потом в то, что случайностей не бывает. Со свекровью мы посетили нашу общую знакомую Тамару, россиянку, с которой я познакомилась в далеком 90-м. Я узнала, что Тамара давно развелась со своим мужем, кубинцем Хорхе, но с Кубы так и не уехала, хотя две дочери разлетелись по миру.

— А мне и здесь прекрасно, — сказала Тамара и продолжила свою историю: — Теперь беды нет... У меня свой бизнес, легальный и прибыльный. Получила лицензию на сдачу туристам двух комнат, плачу регулярно пошлину государству и могу получать прибыль, достаточную для безбедного существования, приблизительно 40 СУС  (40 долларов) в сутки за комнату. Где я такие деньги так легко заработаю в России?

В далеком 90-м, когда наша семья испытывала на собственной шкуре своеобразные пытки специального периода — голод, отсутствие электричества, нехватку воды, дефицит предметов первой необходимости — нам не могли помочь материально многочисленные обеспеченные родственники мужа, проживающие в Майами.

 

Доллар как валюта был запрещен для простых кубинцев, и всякие денежные операции с долларом карались законом. Я помню, как муж нашел на улице бумажник с деньгами. Открыв его перед глазами друга, чтобы поискать какой-нибудь документ, удостоверяющий личность, опешил, увидев в бумажнике долларовые купюры. Вместе с другом полетели они в ближайший пункт полиции, чтобы скорее избавиться от неприятной находки и не угодить в тюрьму.

Теперь положение доллара легализовано в стране. Любой кубинец может иметь доллары или евро и даже открыть счет в специальных банках. Официально приравнивается 1 доллар к 1 СУС, но если ты попробуешь разменять доллары на СУС в обменных пунктах, то получишь за доллар 80 центов СУС.
Кубинская национальная валюта, песо, по-прежнему лежит на дне, 1 доллар приравнивается к 25 песо.

Варадеро — пляж с жемчужным песком и ревущим океаном

Россиянка Тамара предложила мне посетить русский православный храм в Гаване и рассказала о том, как он строился на пожертвования всех православных граждан.

А я вспомнила, как в далеких 90-х свекровь попросила меня снимать мой крестик с шеи при выходе на улицу, дабы не вызывать лишних вопросов у блюстителей закона. В то время религия была нежелательной и даже преследуемой на Кубе.
К сожалению, я не попала на службу в русскую церковь. Но смогла запечатлеть ее на снимке.

Вооружившись камерой и бутылкой с водой, отправилась я, на этот раз без боязни, исследовать современную Гавану. Малекон, или набережная, любимое место гаванцев, обычно переполненная в вечерние часы, встретила меня одиночеством и ревущим океаном. Я брела под ласкающими лучами солнца, и на губах чувствовалась соль морской воды. Мимо проносились старые кадиллаки и роллс-ройсы, мотоциклы и современные автомобили. Почти все они приветствовали меня сигналами или громкими голосами, многие останавливались и предлагали подвезти. Но я продолжила свою многочасовую прогулку своим ходом, пока у меня не закончилась вода и я поспешила домой.

В Гаване провела я с мужем несколько дней. Пообщавшись с родственниками и посетив любимые места, наконец-то я смогла насладиться красотой и гостеприимностью жемчужного пляжа Варадеро, расположенного в провинции Матанзас. На комфортабельном автобусе, ничем не отличавшемся от шведского мягкого автобуса, доехали мы прямо до ступенек заранее заказанного мужем туристского центра, окруженного многоэтажными гостиницами. Туристов было много. Самое интересное, что, по словам мужа, большинство из них были простые кубинцы, приехавшие с семьей отдохнуть на день-два. Такого еще несколько лет назад не было. Кубинские отели и зоны отдыха обслуживали лишь иностранных туристов.

В сентябре на Кубе обычно сезон дождей и ураганов, потому этот месяц считается непопулярным для отдыха у самой, пожалуй, представительной по количеству отдыхающих на Кубе туристов группе — туристов из Канады. Они заполняют отели под завязку в ноябре-декабре и весной. Потому, наверное, и сервис в эти месяцы намного лучше.

Благодаря связям мужа нам удалось поселиться в бунгало — двухэтажном домике с балконом в 100 метрах от океана. Свекровь расположилась в комнате на первом этаже, к всеобщему счастью оснащенной еще одним туалетом. Старушке было бы очень нелегко подниматься ночью на второй этаж.

По вечерам мы наслаждались неповторимой кубинской музыкой и кабаре-шоу, по утрам отправлялись на прогулки босиком по побережью. Я очень хотела найти знакомый домик на побережье с приветливой хозяйкой Кармен, у которой мы с дочкой гостили недельку в далеком 1992 году. Тогда я и влюбились в Варадеро, это райское местечко на Кубе. Домик я так и не нашла. Комфортабельные гостиницы вытеснили все маленькое. Пребывая на Варадеро, насладилась моими любимыми кубинскими деликатесами: неповторимой рарайей, манго, авокадо и десертом — тортиком флан. Живя в Швеции, могу я есть это каждый день, но вкус совсем не тот — только на Кубе они по-настоящему неповторимы.

Танцуя с мужем кубинскую сальсу на вечерней дискотеке и завидуя восхитительной пластике всех кубинских пар, пришла к выводу, что мне не хватит всей жизни, чтобы научиться танцевать так же расслабленно, сексуально и зажигающе. Без сомнения, у них это в генах. Дочка не ходила в танцевальную школу, кроме строгой школы балета в Гаване (всего год), но потом была звездой диско в своей гимназии в Швеции.

Кубинцы очень любят танцевать

Варадеро подарил красивый загар, помолодевшее тело, силу духа, отличное настроение и много здоровья. Мой шейный остеохондроз ушел в себя на многие месяцы после многочасовых купаний в океане. Такой прекрасной живительной воды нет ни на Канарах, ни на Майорке, которые я успела посетить, живя в Швеции.

Улетая в холодную Швецию в сентябре 2014-го, я увозила с собой прекрасные воспоминания, море тепла от кубинского общения и радость за то, что жизнь в стране бурлит. «До скорой встречи, Остров Свободы! Мы еще обязательно увидимся!»

Фото из архива автора

Комментарии / Обсудить
comments powered by HyperComments
Предыдущее
Газета Слонимская

Куба глазами слонимчанки

Автор(ы): Ирина КОЖЕВНИКОВА

Предлагаю вам, уважаемые читатели «Газеты Слонимской», вместе со мной совершить путешествие в страну горячего солнца. Так назвала я солнечную Кубу в 1990 году, приехав туда строить новую жизнь с моим мужем-кубинцем Хосе Нуньо. В моих записках я расскажу, какой предстала эта страна в моих глазах в далеком 90-м, какие испытания пришлось мне пережить, почему моя семья покинула Кубу и какой я ее увидела почти 25 лет спустя.

Ирина Кожевникова

Ирина Кожевникова

Сначала о прошлом

В 1984 году, окончив Волковысское педагогическое училище с красным дипломом, я поступила на факультет журналистики БГУ имени Ленина. Первый курс, когда по правилам студент работает на зачетку, я посвятила полностью учебе. Результат был налицо — летняя сессия была сдана почти на отлично, из пяти предметов получила лишь одну «4».

На втором курсе я получила место в общежитии по улице Октябрьской, 2.

Переселение в общежитие и поспособствовало моему знакомству с кубинским студентом, осваивающим азы ядерной физики. Мы встретились на дискотеке, где кубинцы были заводилами. Поработав в стройотрядах летом, они покупали аудиоаппаратуру и колонки, которые могли веселить 13-этажное общежитие. Загоревшие, в белых джинсах, со страстными взглядами, танцующие, как звезды диско, они не имели конкуренции. На той первой осенней дискотеке утонула в океане любви не только я. Две подруги по комнате тоже влюбились с первого взгляда. Но выйти замуж за кубинца решилась лишь я.

Ирина с мужем-кубинцем

Годы учебы пролетели незаметно, и настало время моему мужу возвращаться на Кубу. Нам с дочкой не было суждено уплыть на Кубу тем же кораблем, не было денег на покупку билета. Я осталась в родной деревне и стала работать пионервожатой в Жировичской школе, чтобы за полгода собрать необходимую сумму.
Двадцать часов в самолете и... Куба.

19 января 1990 года наконец мы с дочкой вылетели на далекий остров. Помню, как в самолете стоял столбом табачный дым. Разгоряченные алкогольными напитками, кубинцы (они составляли 90% пассажиров) пели песни, спорили, кричали. В то время в самолете разрешалось курить и распивать алкоголь. За 20 часов перелета я успела возненавидеть всю кубинскую нацию. Четырехлетней дочке очень хотелось спать, но никто не обращал на ребенка внимания.

Когда самолет приземлился и мы вышли к автобусу, мне показалось, что я очутилась в сауне. Было очень жарко и влажно, пахло горючим и жареным хлебом. «Куда я попала?» — была первая мысль.

Когда на такси подъехали к дому, где нам предстояло жить, мы с дочкой увидели толпу людей. Сначала я подумала, что это было какое-то собрание жильцов. Но когда вышли из машины, вся эта разноцветная толпа рванула к нам. Тогда я поняла, что это родственники и соседи мужа пришли нас встречать.

Потом начался праздник. Я валилась с ног от усталости, очень хотелось помыться и оказаться наедине с мужем, которого не видела шесть месяцев. Но все родственники хотели со мной познакомиться, побеседовать, меня потрогать и оценить.

Когда я наконец удалилась в свою комнату, пройдя коридор длиной в 30 метров, сбившись со счету, сколько комнат было в квартире, подумала: это что, коммуналка, будут все эти люди моими постоянными соседями за стенкой? Мои опасения оказались напрасными. Пятикомнатная квартира мужа была лишь нашей. Но я узнала, что бабушка мужа и две одинокие тети тоже будут жить с нами.

Выучить испанский язык нам с дочкой было легко. Тети сразу же стали лезть в душу и заводить разговоры. Мне невольно пришлось ускорить изучение языка, дабы избежать казусных ситуаций.

Русский язык показался кубинским тетям очень грубым, и они, обожающие моего мужа, всегда думали, что мы ссоримся, когда мы говорили по-русски.
Дочка научилась языку перед экраном телевизора, просиживая в кресле-качалке часы, когда жара не разрешала выйти на улицу.

К жаре я так за три года и не привыкла. К тому же низкое давление давало о себе знать, и даже крепкий кубинский кофе не помогал взбодриться.
Муж уезжал на весь день в свой исследовательский институт, а я проводила время за домашними хлопотами. После обеда шла пешком почти пять километров до школы, где вместе с другими русскими обучалась испанскому языку. Эта школа сильно помогла мне в приобретении нужных контактов. Так, к примеру, первый секретарь русского посольства, которому я помогала не раз осилить трудные правила испанского языка, поспособствовал, чтобы моей дочке дали место в русской школе, работающей при посольстве. А соседка по парте Люба поспособствовала с работой. Она пристроила меня репетитором к сыну торгпреда Болгарии, обеспечив безбедное существование всей моей семье.

Нужные связи были необходимостью на Кубе, которая после развала Союза лишилась экономической помощи. Я не знала, когда летела туда, что мне придется пережить жестокие годы специального периода.

Продукты питания выдавались по карточке, ограниченное количество на каждого члена семьи. Рис, фасоль, кофе, литр молока на ребенка, масло подсолнечное, сгущенное молоко. Мяса выдавали на месяц мизерное количество, его можно было съесть зараз. Через пару месяцев после моего приезда исчезли полностью консервы, сливочное масло, сыр. Помню мой скромный завтрак, состоящий из чашечки кофе и сухой булки. Обед был всегда однообразным: рис с жареным яйцом, политый томатным соусом.

Вначале я думала, что обилие фруктов заменит мне ностальгию по котлеткам, пельменям, колбаске. Но, поедая килограммами апельсины, бананы и ананасы, очень скоро я затосковала по картошечке, макаронам, гречке.

«От моей работы зависело, поест ли наша семья»

Мудрая свекровь шепнула мне на ушко, что пора заводить нужные контакты. Перебрав косметику и одежду, собрала я нескромный подарок-взятку продавщице рыбного магазина Алехандрине. Подарок был принят с радостью, и после этого не нуждалась в рыбе ни моя семья, ни многочисленные коты моей свекрови.

Экономия на Кубе

В холодильнике появилась рыбка, но пришла другая беда. С целью экономии электричества правительство разработало схему выключения электроэнергии по районам на несколько часов в сутки, по-испански это называлось apagones. При жаре размораживался холодильник за считанные минуты и вся «добыча»-припасы могли просто испортиться.

Насосы воды переставали работать, парализовались средства информации, а для меня самым страшным испытанием было уснуть в жару без вентилятора, когда, казалось, все комары Гаваны только и ожидали возможности свободного доступа к моему телу. Правда, больше всего доставалось мужу и дочке, которых комары просто обожали.

Экономить приходилось на всем

Помню, чем закончилась моя единственная попытка постирать белье. Привыкшая дома не щадить стирального порошка, я так же обильно посыпала им дочкино бельишко, когда его замочила. Долго не могла понять, почему тетки мужа энергично жестикулируют на кухне, бросая на меня яростные взгляды. Когда муж вернулся с работы, объяснил мне причину пантомимы — тети были возмущены, что я израсходовала на одну стирку недельный лимит порошка. С того вечера процедуру стирки белья взяла на себя 60-летняя тетя Иоланда.

Моя карьера повара (я обожаю готовить и думала порадовать моими кулинарными способностями семью мужа) тоже длилась не больше месяца. Накормить одним бифштексом всю семью, сварить суп из топора, разделить куриное крылышко на пятерых человек, сделать отбивные из мякоти грейпфрута — эти хитрости кубинской кухни были мне не по зубам. Вторая тетя мужа, Мерседес, была счастлива получить назад свои полномочия, а я, таким образом, осталась не при деле.
Хотя дело, которое спасло нашу семью от голода, мне вскоре подвернулось. Но об этом расскажу я вам, уважаемые читатели, в другом номере газеты. Ведь три года на Кубе подарили массу запоминающихся моментов и описать их в нескольких словах будет нелегко.

Уже после года проживания на Кубе я освоила испанский язык и стала подумывать о поисках работы. Но даже многочисленные связи свекрови и свекра не помогли мне трудоустроиться.

Первые сложности

Страна переживала тяжелый экономический кризис, из-за нехватки сырья, которое раньше поступало из Союза, закрывались многие предприятия. Мои две профессии, которыми я так гордилась: учитель начальных классов и журналист — здесь оказались невостребованными. Муж сильно не огорчился, что я не могла найти работу. Он считал, что воспитание дочери, которая не посещала детский сад, было важнее. Все свое свободное время я проводила с дочкой, знакомя ее с достопримечательностями Гаваны, обу­чая чтению и письму, рисованию и пению. Мне очень не хотелось, чтобы дочка забыла русский язык, и мои усилия не прошли даром. В первый класс русской школы при посольстве России зачислили ее в неполных шесть лет после того, как она успешно прошла все тесты.

В мою каждодневную обязанность входила доставка дочери в школу и из школы. Транспорт в то время переживал тоже глубокий кризис. В столице единственным коллективным средством передвижения были автобусы. Изношенные и заправленные нечистым горючим (от выхлопных газов в жару можно было легко потерять сознание, что я и пережила не раз!), они к тому же служили не всем. В переполненные автобусы, которые чаще всего проезжали мимо остановки и останавливались за двести-триста метров от неё, имели шанс попасть лишь бегуны. Мы с дочкой не относились к этой категории и часто простаивали часы в ожидании под лучами ослепительного солнца.

Жара, очереди...

Вскоре мы пришли к обоюдному согласию добираться до школы пешком. Расстояние было около пяти километров. Помню, как мы разрабатывали удобные маршруты через аллеи и парки, дабы не подвергаться солнечным воздействиям. После обеда, когда я забирала дочку из школы, от жары плавился асфальт и для нас было настоящим испытанием добраться домой, избежав солнечного удара.

Моя свекровь, которая относилась к высшим слоям общества на Кубе, как жена известного адвоката и по профессии преподаватель географии в университете, нагрузила меня еще одной обязанностью. Устроив дочку в балетную школу, которую открыла прима кубинского балета Алисия Алонсо, она обрекла меня на долгие часы ожидания на автобусных остановках. Дойти пешком до балетной школы, которая была расположена в другом конце Гаваны, было невозможно.

Занятия с дочкой и многочасовые простаивания в очередях за хлебом, овощами и фруктами входили в мои каждодневные обязанности.

Но уже с первых месяцев я стала чувствовать себя неловко без личного заработка. Семья мужа никогда не упрекала меня за это, но мне, молодой, здоровой, умной, так хотелось дерзать и творить, иметь собственный доход и быть полезной.

Первая работа
Подруга по испанской школе Люба помогла мне с первой работой. Она попросила поработать репетитором русского языка и подготовить ее 17-летнюю дочь к поступлению в московский университет. Я, конечно же, сразу согласилась. Оплата была в продуктах. Эта маленькая работка спасла всю мою семью от голода. Я помню, как мой муж, работая в исследовательском институте и получая 180 кубинских песо за месяц интенсивной работы, всегда меня хвалил и называл добытчицей и кормилицей.

Благодаря моему репетиторству, появились на столе масло и творог, куриное мясо и тушенка, печенье, макароны и многие другие деликатесы
Подруга Люба, с которой я поддерживаю очень теплые отношения и сейчас, позаботилась о моем безбедном существовании и после ее уезда с Кубы.

Она познакомила меня с ее лучшей подругой Мими, женой торгпреда Болгарии. Семья торгпреда испытывала острую необходимость в учителе русского языка для любимца семьи, десятилетнего Коли. Люба предупредила меня, что баловень судьбы имел очень капризный нрав и увольнял учителей чуть ли не каждый месяц. Я немного засомневалась, но решила все-таки попробовать.

Фото из личного архива Ирины КОЖЕВНИКОВОЙ

Продолжение следует

Читайте в следующей публикации:
1) Понравилась ли новая учительница сыну торгпреда Болгарии
2) Чем богатая семья расплачивалась с учительницей
3)  Почему Ирина улетела из солнечной Кубы в родные Жировичи
4)  Через сколько лет воссоединилась семья Ирины

Комментарии / Обсудить
comments powered by HyperComments
Предыдущее
Газета Слонимская

«С 14 лет учусь в Израиле: мне представился шанс, и я решила рискнуть»

Автор(ы): Жанна ИВАНОВА

О талантливом, подающем надежды музыканте Лизе Боринбаевой «ГС» писала не раз. А поводом были, конечно же, победы юной виолончелистки на конкурсах разного уровня.

После очередной победы в одном из конкурсов в интервью «ГС» Лиза призналась, что мечтает стать знаменитым музыкантом и посетить много стран. Можно сказать, что мечта девочки из деревни Елка Зельвенского района, которая несколько раз в неделю за десяток километров ездила на занятия в Слонимскую школу искусств, начала сбываться. Уже два года, как Лиза учится в Израиле в школе для подростков с еврейскими корнями. Об учебе в далекой стране, о том, чем удивила Земля Обетованная, по просьбе «ГС» Лиза рассказала нашим читателям.

«Интерес к новой стране поборол страх»
Мне 15 лет, я учусь в 10-м классе в школе Хават аНоар аЦиони в столице Израиля, Иерусалиме. Для подростков с еврейскими корнями Израиль предлагает программы для обучения и получения среднего образования. Я учусь по программе НААЛЕ, которая представляет собой программу на четыре года для
обучения в израильской школе с проживанием в интернате.

Лиза (в центре) с друзьями

Для того чтобы поехать учиться, нужно сдать тесты по школьной программе и пройти собеседование с психологом.

Уезжать за 3,5 тысячи километров от дома и родных страшно было немного в самом начале, но потом интерес поборол страх. Мне наконец представился шанс выехать из деревни, и я решила рискнуть. Новая страна, новые люди и информация. Все было очень захватывающим и новым.

Рано или поздно все равно пришлось бы уехать и начать самостоятельную жизнь. С родителями и братом я могу связываться по скайпу. Первый год обучения я почти не скучала, так как за изучением языка и другими занятиями почти не было времени.

«В израильской школе никогда не вызывают к доске»
Мы учимся по стобалльной системе. Форма обучения в Израиле более свободная. Например, наша школьная форма — это футболка или кофта с эмблемой школы. Мы можем приносить бутылки с водой на урок и свободно пить, а некоторые учителя даже разрешают иногда есть прямо на уроке.

В израильской школе никогда не вызывают к доске отвечать домашнее задание или рассказывать правило, заученное наизусть, как это делают в белорусских школах.

Каждый ученик здесь учится в соответствии с его уровнем. То есть обучение делится на единицы сложности. В основном единицы от трех до пяти. Три — низкий и пять — высокий. Есть возможность переходить с более низкого уровня в три единицы на более высокий. Например, если я учила английский язык в группе на три единицы и этот уровень для меня стал уже слишком прост, написав тест и получив высокий балл, я могу перейти в группу на четыре единицы. При этом если я буду плохо учиться, мой уровень обучения могут снизить.

Здесь есть тесты и проверочные, и тебе не нужно переживать и стесняться, стоя у доски перед всем классом. Точно сказать, какие еще есть отличия в обучении я не могу, так как школа, в которой я учусь, не совсем стандартная израильская школа. Половина учителей здесь такие же репатрианты из стран СНГ, как и я.

«После ужина тоже есть дополнительные уроки»
В обычный школьный день я встаю в 6:40 утра. В 7:20 мы, уже собранные в школу, должны быть на завтраке в столовой. Школа начинается в восемь утра.
В час дня — обед. Уроки в школе длятся до четырех часов дня. После этого есть дополнительные занятия, а также уроки по специальности. Помимо музыки, я хожу на искусство. В неделю у меня есть два урока истории искусства и два урока, на которых мы рисуем.
18:30 — время ужина. После него также есть дополнительные уроки и другие занятия.

В 22:00 мы должны быть в здании, в котором живем, и у нас начинается уборка. В 23:00 наступает отбой.
На протяжении недели уроки занимают почти все время. Моя главная проблема в том, что мне почти не хватает времени заниматься игрой на виолончели.

Первый год изучения иврита был очень продуктивным. В девятом классе у нас было 18 часов иврита в неделю. Я за несколько месяцев из младшей группы перешла в старшую. Переход в старшую группу дался мне не очень просто, но я быстро привыкла и подтянулась до нужного уровня. В этом году изучение языка уже менее интенсивное. Сейчас упор больше сделан на грамматику. Уже я без затруднения могу понять обычный разговор на улице, но сказать что-либо мне намного сложнее.

«Земля Обетованная не перестает удивлять»
Вещей, которые мне здесь понравились, не много, а вот того, что меня удивило, полно. Например, на улице можно встретить как религиозных евреев, так и арабов-мусульман, католиков, православных. Еврейские и арабские районы находятся совсем близко.

Также здесь я столкнулась со странным для меня понятием «мокрая уборка». Делая мокрую уборку, воду разливают на пол, а потом специальными швабрами собирают её в сливы. Поначалу самым странным для меня было то, что в шаббат — с обеда пятницы по вечер субботы — все магазины закрываются и перестает работать общественный транспорт. Город будто вымирает.

В шаббат религиозные люди не могут пользоваться электроприборами. Жители отдыхают. Удивило то, что здесь достаточно спокойная атмосфера на улице и ты можешь спокойно присесть где-то на ступеньки или есть бутерброд, идя по улице.
Люди этой страны открыты и всегда готовы прийти на помощь.

В Иерусалиме очень красивые виды практически из любой точки города, но, к сожалению, жилые дома по закону облицованы белым камнем, и это выглядит немного однообразно.

«Меня вдохновляет музыка»
Сейчас я не могу точно сказать, кем я буду в будущем и где буду жить. Думаю, что продолжу заниматься музыкой, так как это вдохновляет меня. Я хотела бы попасть в хороший оркестр и ездить с концертами по странам. Или создать музыкальную группу.

Я не уверена, что останусь жить в Израиле. Израиль — красивая, разнообразная и сильная страна, но климат и уклад
жизни не для меня. Я очень люблю путешествовать и поэтому в будущем хочу побывать во многих странах, а особенно в Англии и Америке.

«Победа была всегда с нами»
Не могу не вспомнить о моей учительнице по музыке Светлане Викторовне Снитко. Это тот человек, который научил меня любить виолончель и дарить с помощью музыки радость окружающим. Наше первое знакомство было неожиданным и интересным. Когда моя мама привела меня поступать в музыкальную школу, набор уже был закончен. Я расстроилась. Мы решили пойти домой, но тут в коридоре встретили Светлану Викторовну, и она пригласила нас с мамой в свой класс. Она взяла в руки инструмент и сыграла отрывок из известной джазовой композиции. Светлана Викторовна спросила, понравилось ли мне.

Я ответила, что понравилось и что я тоже хочу играть так же мастерски. Так меня взяли в музыкальную школу. С того момента в моей жизни появился настоящий друг — моя учительница. Она переживала со мной все мои падения и взлеты. С большой теплотой я вспоминаю наши поездки на конкурсы. Светлана Викторовна собирала нас в поездку как настоящая мама. Все напомнит и подскажет. А какие вкусные бутерброды она делала. Вместе с другими детьми мы были как одна большая семья, и Светлана Викторовна поддерживала нас и поднимала нам настроение. И победа всегда была с нами.



Фото из архива Лизы БОРИНБАЕВОЙ

Комментарии / Обсудить
comments powered by HyperComments
Предыдущее
Газета Слонимская

Ирина Кожевникова-Нуньо: «Родина всегда останется незаменимой, куда бы ни переехал жить»

Автор(ы): Ольга ШИНКЕВИЧ

Двадцать лет назад Ирина Кожевникова-Нуньо переехала из Жировичей в Швецию. О своей жизни, планах, особенностях проживания в чужой стране сегодня ее рассказ.

Ехали — плакали
«Кажется, что это было вчера, но летом прошлого года я отметила своеобразный юбилей: 20 лет жизни в этой скандинавской стране. Почему-то время здесь летит очень быстро, хотя жизнь кажется монотонной и очень уж спокойной, — рассказывает Ирина. — Помню все до деталей... Как дочка паковала в чемодан свои бальные платья, подаренные тетями-американками, как из альбома выбирались самые любимые фотографии, как мы мечтали встретить шведскую королеву когда-нибудь, как мы плакали всю дорогу до Петербурга, переживая расставание с любимой бабушкой, друзьями, собачкой.

Но одна радость жила в душе: мы ехали для восстановления семьи, к любимому папе, который получил в Швеции вид на жительство полтора года до нашего приезда.

Муж мой, кубинец по национальности, вместе с другими талантливыми физиками-ядерщиками эмигрировал в Швецию в марте 1993 года. Почти три года пришлось нам ждать воссоединения семьи.

12 июля 1996 года дочка Нелия смогла наконец-то обнять своего любимого папу и исполнить трехлетнюю мечту».

Сложности проживания за границей
Приехав в Швецию, Ирина столкнулась с первыми сложностями. «Стоит отметить, их было немного. Незнание языка — одна из них. В 1990 году жизнь забросила меня на Кубу, и там пришлось учить испанский. Но овладение им было быстрым, мы делили квартиру с двумя престарелыми тетями мужа, и они не умолкали ни на мгновение, помогая мне ускоренно освоить язык.

В Швеции все было по-другому. Мы прилетели в середине лета, а языковые курсы начинались в сентябре.
Без языка я чувствовала себя «инвалидом», ведь без помощи мужа не могла даже выйти в магазин.

Язык казался очень трудным, когда слушала радио или смотрела фильмы, особенно произношение. Мои уши открылись и стали различать шведские звуки лишь через пару недель. Я стала учить язык через шведские песни. Как гитарист и трубадур нашла я свою лазейку для изучения языка.
Слушала песни на шведском: группы «АББА», «Роксет» обожала с юности. Переводила тексты со словарем и запоминала произношение».
В первое время Ирине в чужой стране было сложно найти друзей. Одиночество и ностальгия тоже давали о себе знать.

«Мне было нелегко найти людей, близких по духу. У мужа, прожившего уже больше трех лет в северном городке Сундсвале, был сформирован свой круг общения: многих кубинцев он знал еще со времени учебы в БГУ в Минске.

Кубинцы организовывали вечеринки, встречи, пикники. Они пели и танцевали, общались на испанском. А мне хотелось услышать родной язык.
Но только в сентябре, когда я начала учить шведский в специальной школе для иностранцев, смогла я познакомиться с земляками».

Сказка шведской жизни
Переезд в Швецию для Ирины и ее дочки стал счастливым событием. «Уже к сентябрю нам выделили трехкомнатную квартиру в пляжном микрорайоне Bredsand, буквально в двухстах метрах от берега Ботнического моря. Микрорайон славился не только пляжами, но и близостью к лесу, куда мы с дочкой сразу и рванули. Помню, черники и земляники было так много в то далекое первое лето.

В августе пошли грибы, боровиков и лисичек было хоть косой коси. Я тогда, благодаря шведскому лесу, который так похож на белорусский, смогла перебороть чувство одиночества и ностальгию, — рассказывает Ирина. — Все вызывало положительные эмоции. Изменение образа жизни: здоровое и богатое витаминами питание, светлая благоустроенная квартира, где у дочки наконец впервые за 10 лет жизни появилась своя комната, экономическая стабильность... К хорошему, как правило, быстро привыкаешь».

Особенности проживания
Больше всего в Швеции Ирину удивило огромное количество иностранцев. «Не просто туристов, а тех, кто получил в Швеции вид на жительство. Когда в 2000 году я начала работать учителем в одной из школ Сундсваля, у нас обучались дети 35 разных национальностей, было очень много из африканских стран и стран бывшей Югославии.

Еще удивила чистота окружающей среды, очень вкусная и чистая вода, которую шведы пьют из-под крана, удобные и комфортабельные автобусы, отсутствие на улицах людей в нетрезвом состоянии, особый стиль одежды шведов, где отдается предпочтение удобству (к примеру, в Швеции ни один продавец не наденет обувь на каблуках), но шведы любят фирменные и качественные вещи.

Еще одна особенность, которая поразила меня, это отсутствие отчества. Поскольку у шведов нет отчества, то и к тебе они обращаются только по имени, даже если тебе за 70, а твой собеседник — школьник».

Бытовые вопросы
Как рассказывает Ирина, цены на продукты в Швеции и Беларуси не очень отличаются, чего нельзя сказать о зарплатах: «К примеру, в моей нынешней школе в Стокгольме знакомая уборщица получает около 1 200 долларов в месяц, работая 8 часов в сутки. Стоимость жилья очень дорогая. В Стокгольме она доходит до 1,5 тысяч долларов в месяц (около 15 тысяч шведских крон), если жилье не приватизировано. В маленьких городках полегче, от 300 до 700 (2 700 до 6 300 крон) долларов в месяц, в зависимости от размера квартиры и района, в котором он расположен. Проездной на месяц на транспорт стоит около 90 долларов (820 шведских крон)».

В Швеции Ирина довольно быстро нашла себе работу. «Уже через четыре месяца пребывания в этой стране я окончила школу шведского языка для иностранцев и попросила языковую практику в школе дочери. Мой диплом учителя начальных классов пригодился, и меня определили ассистентом учителя с мизерным трудовым пособием в размере 300 долларов. Ни один швед не согласился бы работать за такие деньги, но для меня и они были в то время богатством, — рассказывает Ирина. — Через год после приезда я поступила на интенсивный курс, готовящий за девять месяцев иностранцев к поступлению в университет.

Мне платили стипендию около 300 долларов, но я устроилась подрабатывать в дом престарелых и могла за 5-6 выходных, которые оплачивались высоко, добавить в семейный бюджет еще около 400 долларов. После окончания гуманитарного университета в 2000 году нашла работу еще до получения диплома как преподаватель эстетических предметов — музыка, рисование, театр, хор. Умному и толковому человеку очень даже нетрудно пробить себе дорогу в Швеции».

Любовь к Беларуси
«Я обожаю Беларусь, и, наверное, меня можно назвать настоящей патриоткой своей Родины, — рассказывает Ирина. — Как музыкант, пропагандирую даже здесь родную культуру. Перевела массу русских и белорусских детских песен на шведский и разучиваю их с моим детским хором. От родных мелодий, которые звучат так далеко от Родины, хочется летать. Когда пишу сценарии для театра о разных странах, тоже всегда вставляю эпизод, где шведы посещают Беларусь и их там встречают хлебом и солью. Роль белоруски всегда играю я, исполняя песню группы «Песняры» «Белоруссия».

К огромному сожалению, в декабре оборвалась моя последняя ниточка с родной страной — умерла любимая мама, которая всегда меня звала в дорогу все эти 20 лет. Но, как ни странно, желание навестить родные Жировичи только усилилось. Очень хочется показать Беларусь внукам и зятю-шведу. Жизнь покажет, где буду стареть, родные корни тянут в старости. Друзей осталось очень много, не успеваю всех посетить за поездку на Родину. Не исключено, что через лет так десять осяду в Жировичах и полностью отдам себя творческой деятельности, наконец дописав все недописанные романы. Идей в голове очень много, дал бы Бог здоровья и сил!»

Ирина Кожевникова-Нуньо в родных Жировичах, 2017 год



Тоска по родному краю
Несмотря на размеренную и счастливую жизнь в Швеции, Ирина скучает по своим родным и близким. «Очень скучаю по моим сестричкам, которые живут в России. Мы видимся лишь раз в году, но очень близки. С младшей сестрой Мариной я разговариваю через социальные сети каждый день, приглашала ее не раз ко мне, ей очень понравилась Швеция, — рассказывает Ирина. — Скучаю по белорусским «прысмакам»: соленым огурчикам, сальцу, колбаске, пальцем пханной. Друг семьи Люда Азарко всегда ждет моего приезда с нетерпением и балует меня своими неповторимыми соленьями! Скучаю по деревенским «сплетням», ведь у нас все обо всех всё знают. Здесь ты не знаешь, кто у тебя живет за стенкой и сколько получает твоя лучшая подруга. Мама мне всегда сообщала по телефону все новости деревни: кто умер, кто женился, кто заболел. В основном грустные новости она сообщала, но все равно они поддерживали связь с родными местами.

И самое главное, наверное, чего мне не хватает здесь — это той благодати, которую я испытываю при посещении Успенского собора в Жировичах. Под куполами собора облюбовала я себе местечко, где летом заряжаю душевные батарейки и создаю новые песни, стихи, статьи. Родина всегда останется незаменимой. Только здесь, обласканная родной речью, я могу позволить себе расслабиться по-настоящему. А это так необходимо иногда, поверьте, даже если живешь в одной из богатейших стран мира».

Фото из архива Ирины Кожевниковой-Нуньо

Комментарии / Обсудить
comments powered by HyperComments
Предыдущее
Газета Слонимская

«Приезжая домой, удивляюсь размеренности жизни. Так медленно ходить по улице, как раньше, я уже не могу»

Автор(ы): Ольга ШИНКЕВИЧ

Инна Калиновская уехала из родного Слонима в Москву более десяти лет назад. О жизни в большом городе, приобретенных привычках, ностальгии по родным — в искреннем рассказе девушки.

Ритм Москвы сразу понравился
«В Москву я переехала более десяти лет назад. Как и многим в 25 лет, хотелось изменить жизнь, попробовать что-то новое, проверить свои возможности. Ведь на родину всегда можно вернуться, если очень захочется, — рассказывает Инна. — Многие из знакомых говорили, что плохо переносили первые месяцы жизни в чужом городе. Я как-то не страдала. Мне понравился ритм жизни Москвы. Может, мне просто везло и я сразу встречала приятных и хороших людей?!»

При переезде у Инны не возникло никаких проблем с поиском работы: «Как правило, первая работа в Москве всегда не очень. Приходится браться за первое, что дает стабильный доход. Даже на график не обращаешь особого внимания. Квартиру приходится снимать и ее надо как-то оплачивать. Многие селятся по два-три человека, потому что так проще. Но как только становишься на ноги, сразу переезжаешь и живешь отдельно. Я первые полгода работала продавцом, а уже далее искала по сайтам вакансии».

Инна Калиновская


Разучилась медленно ходить
После работы продавцом Инна нашла подходящую работу в офисе.

«И мне снова повезло. Коллеги были доброжелательными. С некоторыми продолжаем дружить до сих пор, — рассказывает Инна. — Конечно, даже если все идет хорошо и складно, все равно скучаешь по дому, родителям, родственникам и даже по собаке. Вокруг столько всего интересного, то хотелось бы им показать. Например, идешь в парк, а там концерт — и ты видишь вживую артистов, которых дома только видел по телевизору. Проходишь дальше, а там храмы столетние или еще старше. Гулять по Красной площади можно хоть каждый день!»

Инна быстро привыкла к новому укладу жизни.
«Приезжая домой, удивляюсь размеренности жизни. Так медленно ходить по улице, как раньше, я уже не могу, — смеется девушка. — Но радует доброжелательность людей. Если спросить, то не только покажут и расскажут, но и отведут в нужное место. Улицу наискосок не перейдут. Если заденут нечаянно, то извинятся».

Новая жизнь — новые привычки
С переездом в Москву у Инны поменялись и привычки: «Например, если я прихожу в магазин, то ищу тележку большую, а не маленькую корзинку. Продукты покупаю на месяц вперед, потому что у меня нет времени ездить часто в «Ашан» или другой магазин. Если сравнивать цены на продукты на родине и в Москве, то сразу хочется отметить, что здесь просто есть выбор, разные акции. Вообще, магазины рассчитаны на граждан с разным достатком. Есть «Пятерочка», «Ашан», «Карусель» — это эконом-класс. «Перекресток» — средний, «Седьмой континент» — чуть выше среднего, «Азбука вкуса» — это уже дорогой магазин, там все красиво и недешево. К примеру, свежие помидоры в магазине чуть выше среднего достатка стоят от 90 до 200 российских рублей (это от 2,9 до 6,5 белорусских руб.). На коммунальные услуги есть субсидии. Однокомнатная квартира обходится в 4 500-5 000 рублей (от 146 до 162 белорусских руб.) + 500 рублей на оплату электричества (около 16 бел. рублей)».

На вопрос, реально ли белорусу купить в Москве квартиру и сколько лет для этого надо работать, Инна рассмеялась: «Это нереально! Сейчас рядом с моим домом можно приобрести двухкомнатную квартиру со всеми скидками за 15 миллионов российских рублей (около 488 000 бел. рублей или около 260 000 долларов). При средней зарплате в 50 000 российских рублей (1 625 бел. руб.) это невозможно».

Пробки — это норма
В Москве Инна научилась ложиться спать поздно и вставать рано, на сон нет времени. «Я укладываюсь в час ночи (а за окном жизнь кипит круглосуточно), встаю в семь утра. До работы ехать час, и это еще недалеко. Пробки по три часа — норма. Знаю объезды или выбираю другой вид транспорта. Привыкла завтракать на работе. Там отдельная кухня, где есть кофемашины и микроволновки. Не знаю никого, кто завтракает дома. Большинство предпочитает кафе. Выходные часто провожу в парке, у меня рядом Царицыно. Многие сюда едут через всю Москву, а я могу пройтись после работы. Музеи в конце каждого месяца делают бесплатный вход. Ну как при этом сидеть дома?! Если иду в торговые центры, то там уже и концерты, и развлечения. Целые ланч-зоны — выбирай что хочешь. Недавно каталась на коньках — зашла купить новые брюки — еще и разбила коленку», — улыбается Инна.


Ностальжи...
На родине Инна бывает примерно один раз в три месяца.
«Хотелось бы, конечно, чаще приезжать. Но не всегда получается. Очень скучаю по родителям, бабушке. Даже ежедневное общение в скайпе не компенсирует разлуку. Из Слонима в Москву обязательно беру с собой чипсы (такие плоские) и вафли «Черноморские» — это вкус детства»...

Фото из личного архива Инны Калиновской и открытых источников

Проект «Слонимчане за границей»

Комментарии / Обсудить
comments powered by HyperComments
Предыдущее
Газета Слонимская

«Первые пять лет в Америке очень скучал по родине, а теперь ностальгирую...»

Автор(ы): Ольга ШИНКЕВИЧ

Одиннадцать лет назад слонимчанин Евгений Матовицкий вместе со своими родными эмигрировал в Америку. Семья из провинциального Слонима переехала в один из старейших и густонаселенных городов США — Филадельфию.

Евгений Матовицкий

«В 2006 году мои родители получили уведомление о победе в лотерее Green Card. По ее правилам, с победителями могут уезжать дети, не достигшие 21 года. На тот момент мне было 18 лет, так что выигрыш распространялся и на меня, — рассказывает Женя. — На семейном совете мы решили, что стоит все-таки попробовать и поменять место жительства. Родители уладили кое-какие бюрократические проволочки, для того чтобы уехать без нарушения закона, и в июне 2007-го мы улетели в Филадельфию, штат Пенсильвания».



Шока не было, американцы похожи на нас

У детей семьи Матовицких — Жени и его брата — особого дискомфорта переезд не вызвал. По крайней мере языкового барьера они не испытывали: «К счастью, мы с братом в Слониме учились сначала в СШ №6, а затем в гимназии №1 и имели довольно хорошую базу английского языка. Поэтому очень большого потрясения от переезда мы не испытали. Меня даже поразило, насколько американцы похожи на нас. Я ожидал увидеть какую-то враждебность к себе из-за русского акцента, но было все наоборот, — рассказывает Евгений. — В какой-то момент я хотел пойти на курсы к учителю, который творит чудеса с произношением, но меня отговорили».



Не находят себя те, кто не стремится

Первые шесть месяцев после переезда в Америку у семьи Матовицких была легкая депрессия, но, как рассказывает Женя, она быстро прошла. Работа в Филадельфии нашлась для всех.

«Вначале я устроился рабочим на фабрику по ремонту электрических компонентов автомобиля и пошел в вечернюю школу улучшать английский. Через пару лет у меня начались серьезные проблемы со здоровьем, и, по сути, весь 2008 год я провел в больницах и дома на реабилитации. После выздоровления устроился на другой завод, где проработал около шести лет, начал с оператора станка и дослужился до офисного менеджера. Но пару лет назад я ушел с работы и теперь использую накопления на получение образования в одном из местных университетов», — говорит Женя.

Филадельфийская ратуша — резиденция администрации американского города Филадельфии

По словам Евгения, в целом работу эмигрантам найти не сложно: «Работы в стране было много, даже в период кризиса. Оплата зависит в основном от навыков. Но, судя по моему кругу знакомых, могу сказать, что эмигранты из бывшего СССР очень быстро встают на ноги, находят высокооплачиваемую работу и успешно адаптируются. Основной залог успеха: начать жить по правилам новой страны и стараться понять культуру, чтобы интегрироваться в общество. Я слышал истории о том, как люди не могут найти себя, но потом оказывалось, что за 10 лет они не выучили и слова на английском».

Цена жизни

«Стоимость жизни разнится от региона к региону, но в целом система построена так, что если иметь работу, то и на проживание будет хватать. У семьи, в которой работают два человека, обычно есть дом, машины и возможность ездить на отдых хотя бы раз в год. В районе, в котором я живу, снять двуспальную квартиру стоит 650-1200$ в месяц, на коммунальные услуги уйдет еще 300-400$, — рассказывает Женя».

В первое время семья Матовицких сравнивала цены на продукты в США и Беларуси. «Получается, что фрукты и мясо в Штатах либо дешевле, либо стоят столько же, цены на молочные продукты несколько выше. Бензин варьируется в зависимости от цены на нефть, но чаще всего стоит немного дешевле. Одежда и электроника дешевле в Америке. Я уже лет пять не сравнивал цены, но когда приезжали родственники, сказали, что так и есть. Хочу только уточнить, что в каждом штате свое налоговое законодательство и результат сравнения может быть иным», — говорит Евгений.


Ностальгия...

Грусть-тоска по родине в первые годы проживания в Америке у Жени была довольно сильной. «Лет пять я очень скучал, а теперь ностальгирую, — говорит слонимский американец Евгений Матовицкий. — Приехать в Слоним после эмиграции еще ни разу не получилось, но очень сильно хочется. И здесь, в Америке, я нашел свою вторую половинку — свою жену, которая тоже оказалась белоруской».

Фота из личного архива Евгения Матовицкого и открытых источников

Комментарии / Обсудить
comments powered by HyperComments
Предыдущее
Газета Слонимская

«В Хьюстоне в феврале +25. Здесь люди снег видят только в холодильнике»

Автор(ы): Ольга ШИНКЕВИЧ

Год назад слонимская семья Высоцких выиграла Грин-карту и улетела жить в Америку, город Хьюстон, штат Техас. В Слониме у них осталось все, что считается необходимым для нормальной жизни: дом, работа, родные, друзья...

Высоцкие стали американцами

«Моя жена Наташа втайне заполнила заявку-анкету на Грин-карту, причем сделала это за троих: меня, себя и нашего сына Радомира, — рассказывает Алексей. — Самое интересное, что выиграла моя анкета».

Семья приняла решение переехать и стала оформлять документы. «Сначала мы съездили в Польшу в консульство, где нам одобрили Грин-карту. Потом нужно было собрать много бумаг, сделать необходимые прививки, перевести на английский кучу документации, одним словом, бюрократической возни было достаточно. Да и денег надо было заработать для такой резкой смены места жительства. Это ведь не бесплатное путешествие.

Я пахал как вол, чтобы собрать необходимую сумму. В течение полугода с момента одобрения документов в консульстве надо было переехать в Америку. Мы тянули до последнего месяца».

Легальность определяет уровень жизни
Высоцкие прилетели в Америку, за душой имея 5 тысяч долларов. «Это мизер для здешней жизни.

2 000 долларов сразу отдали за жилье, заплатили еще за какие-то услуги, и в итоге на карточке осталось две тысячи. Это ничто. Постепенно стали осваиваться. Переночевав пять суток в отеле, стали искать апартаменты, — рассказывает Алексей. — Это комплекс арендного жилья, которое очень распространено в Америке, ведь не каждый может позволить себе построить или купить дом. Апартаменты бывают разными по уровню — дороже-дешевле. Таким, как мы, у которых есть все документы для проживания в Штатах, то есть легальных эмигрантов, есть возможность снять квартиру получше. Всем остальным, которые прилетели по рабочей визе, сложнее. Живут они не в очень хороших районах, платят за школу, медицину и т.д. Хорошие апартаменты стоят 1 000 долларов в месяц».



Налаживание быта
Найдя съемное жилье — двухкомнатную квартиру, Высоцкие занялись решением необходимых жизненных вопросов. «Устроили сына в школу, которая расположена недалеко от нашего дома, всего лишь в десяти минутах езды. Радомир быстрее нас, взрослых, освоился на новом месте, потому что английский знал лучше нас с Наташей. Он пошел в школу, в которой учатся дети эмигрантов. Там есть и такие, кто вообще не знает языка. Детей усиленно обу­чают английскому, преподают литературу, историю Техаса.

Больше всего сыну нравится то, что домашнее задание не задают. Только как-то раз в месяц. Но и дети с 8:00 до 16:00 находятся в школе, то есть уже полностью будут готовы к взрослому рабочему графику, — улыбается Алексей. — Обучение Радомира в школе бесплатное, потому как мы эмигрировали по Грин-карте: являемся гражданами США, только у нас пока что нет американского паспорта (для этого надо пять лет прожить здесь)».

Сразу же Высокцие стали искать работу. Наталья быстро устроилась флористом-дизайнером, а вот Алексею пришлось ждать три недели, пока компания, куда он подал заявление, одобрит его кандидатуру. «В итоге я получил работу, которая находится на территории наших апартаментов, — рассказывает Алексей. — То есть спустя месяц после появления в Америке я стал работать. Я прилетел вообще не зная языка, знал только несколько фраз из школьной программы».

По словам Алексея, и жена, и сын быстро адаптировались к американской жизни. «Только вот я все еще ну никак не могу привыкнуть к сорокаградусной жаре. Я постоянно на улице, под этим палящим солнцем. И вообще не хочу уже лета! За прошлое выпил столько воды,  сколько, наверное, в Солдатском озере на Энке», — смеется Алексей.

Спасатели в Америке в почёте
«Моим работодателям очень нравилось, что я бывший спасатель. В Америке пожарных очень уважают, — рассказывает Алексей. — Здесь спасатель в любой апартамент заезжает, и ему сразу же скидка в 400 долларов. Потому что считается, что человек, рискующий своей жизнью, этого достоин. Кстати, здесь пожарные работают день-ночь и дальше — пять выходных».



Цена жизни в Хьюстоне
Ежемесячно семья Высоцких оплачивает аренду жилья — 850 долларов. «Коммунальные здесь невысокие, 10 долларов за воду, 3 доллара за вывоз мусора. Единственное, электроэнергия дорогая, бывает, доходит до 5 долларов в день. Но это все потому, что здесь газа нет, все работает на электричестве. И так как в Хьюстоне постоянная жара, в квартире работают кондиционеры, они много тянут».

Что касается продуктов, то здесь тоже не все так однозначно: «Для начала надо привыкнуть, что цены указаны не за килограмм, а за полкило. Например, посмотришь — 3 доллара за курицу, вроде дешево, но это полкилограмма. Спиртное здесь дорогое: за 2 литра (продается в таре 1 760 г) — 25 долларов, сигареты по 6 долларов за пачку. Здесь продукты, у которых срок годности истекает через месяц, продают в три раза дешевле. Короче, надо в магазинах внимательно читать ценники и выбирать, что надо».

Хьюстон — четвертый по количеству жителей город в Америке

Зарплату Алексея в 2 200 долларов семья тратит на аренду жилья, страховку на машину — это самые большие растраты, 200 долларов — за кредит на машину, 400 долларов — на продукты, 60 — за интернет, 100 — на коммунальные, остальное — на разные мелочи.

Нарушишь владения — пристрелят
Законом штата Техас разрешено ношение оружия, как и хранение его дома. «В случае нарушения частных владений здесь могут и пристрелить, — говорит Алексей. — Я вот по работе захожу в квартиры, и при входе стоит оружие, дробовичок. Пистолеты особо не выставляют. То есть дробовик, чтобы незнакомцам дать отпор».

«Интересные эти американцы, — рассуждает Алексей. — Могут дать кредит на развитие малого бизнеса — здесь это очень приветствуется. И если у тебя не получится что-то в его ведении, то тебе банк еще и компенсацию выплатит. Мол, извините, у вас ничего не получилось, мы в этом виноваты».



Ностальгия...
Как бы хорошо ни было в Америке, Алексей грустит по родному Слониму. «Скучаю по родным, друзьям и зимней рыбалке. В Хьюстоне в феврале плюс 25. Здесь люди снег видят только в холодильнике! Как-то шел такой редкий, буквально пару крупинок, но даже до земли не долетал, таял...»

Комментарии / Обсудить
comments powered by HyperComments
Предыдущее
Газета Слонимская

«На свой день рождения я сделала себе подарок — Кипр. Вот уже почти семь лет живу в раю»

Автор(ы): Ольга ШИНКЕВИЧ

Когда Наталье Якимец из Слонима исполнилось 30 лет, она решила сделать себе подарок: отдых на море. Из всех возможных вариантов женщина выбрала греческий остров Кипр. И не прогадала, именно там она встретила свою вторую половинку, вышла замуж, родила трех дочек и осталась жить на солнечном вечнозеленом острове.

Летела на две недели — осталась на всю жизнь
«На свой день рождения я решала, куда лететь на отдых. Очень хотелось в Израиль, Черногорию, я много размышляла над вариантами, — рассказывает Наталья. — В итоге позвонила своей подруге, и мы вместе решили, что надо лететь на Кипр. Так я провела две незабываемые недели на этом острове. Именно в это время я познакомилась со своим будущим мужем».

Чтобы решить свои проблемы и завершить дела, Наталья вернулась в Беларусь. И уже через месяц, уволившись с работы, женщина вернулась на Кипр в новом качестве — невесты.

«Через несколько месяцев мы с мужем расписались, и вскоре у нас родилась первая дочь Анастасия. Через год и месяц на свет появилась вторая доченька, Ксения. В ноябре прошлого года — третья, назвали София, — рассказывает Наталья. — У кипрских мужчин очень развито чувство отцовства. Здесь замечаешь, что детьми больше занимаются отцы: гуляют с ними в парках и на пляжах, лелеют и пестуют своих деток.

Муж работал, я растила детей и занималась делами по дому. До мирового кризиса все жили хорошо. Киприоты не знали проблем с деньгами, здесь жизнь была очень размеренной».


Белорусам не привыкать к кризису
По словам Натальи, лет шесть, как все изменилось. «Киприоты вынуждены экономить, и до сих пор они не могут к этому привыкнуть. Также жителям Кипра сложно свыкнуться с восьмичасовым рабочим днем. Но нам, белорусам, в этом плане живется как в своей стихии. Нам не привыкать к трудностям!».

На острове много эмигрантов разных национальностей. «Очень много русских, грузин, армян и, конечно же, белорусов, — рассказывает Наталья. — Раньше было больше тех, кто приезжал на заработки. Сейчас меньше. Но многие киприоты женаты на славянках. Так что проблем с общением я не испытываю. Всегда есть соотечественники, с которыми можно поговорить».



Киприоты любят белорусок
Иностранцам, по мнению Натальи, легко влиться в жизнь Кипра. «Вера у нас одна. И киприоты очень спокойные и дружелюбные люди. О Беларуси здесь знает почти все мужское население, — смеется Наталья. — Почти каждый второй ездил в нашу страну, кто по работе, кто на экскурсию, а кто просто полюбоваться на девушек. И когда спрашиваешь, что им больше всего понравилось в Беларуси, ответ один: «Белоруски!».

Сначала не по нраву Наталье пришелся девиз киприотов: спокойствие и только спокойствие. «Эта медлительность очень раздражала. После какой-то очень стремительной жизни в Беларуси здесь чувствовала какой-то ступор. Но потом я привыкла к этой размеренности».

Ностальгия не отпускает
Семья Натальи за последние семь лет всего лишь два раза приезжала в Беларусь. «Поездки выматывают и экономически, и физически, особенно если едешь с маленькими детьми. С Кипра до Беларуси можно добраться только самолетом. На семью из пяти человек только на билеты надо потратить около 1 300 евро, — рассказывает Наталья. — Но, конечно, все затраты компенсируются радостью, когда видишь своих родных.

Я очень по ним скучаю. Трудно жить где-то совсем одной, без привычных тебе с детства вещей, без поддержки родных. Даже радостью поделиться не с кем. Но благодаря скайпу некоторые моменты нашей жизни мы все-таки проживаем вместе».


 
Бытовые вопросы
Зарабатывают на Кипре по-разному: «В среднем около 1 000 евро. Но для семьи это не много, даже если работает и муж, и жена. Аренда дома или квартиры обходится примерно в 400 евро в месяц, коммунальные услуги вместе с телефоном почти такие же, — говорит Наталья. — Заправка двух машин в месяц — 70 евро.

На продукты, если сравнивать с Беларусью, цены ниже. Но есть и дорогостоящие. Килограмм шейной вырезки стоит 4-5 евро, дорогие молочные продукты — 4 небольших йогурта для детей стоят 2-3 евро. На Кипре очень дорогие медуслуги. Обычный поход к врачу-терапевту (консультация) стоит от
30 евро, а уже лечение переходит и в сотни, и в тысячи евро».

«Обучение и воспитание детей также стоит денег, хоть школы на Кипре бесплатные. Однако обучение в них плохое, учителя не заинтересованы и не напрягаются в подаче знаний. Они приходят, проводят свой урок, а уже проблема учеников, слушали они урок или занимались своими делами, — рассказывает Наталья. — Почти все семьи, начиная с пятого класса, оплачивают репетиторов».

С работой на острове у каждого складывается по-разному. «Если не боишься любой работы, то обязательно ее найдешь. Так было и у меня, когда я приехала на Кипр в разгар кризиса. Было сложно трудоустроиться, но я не сидела сложа руки. Сначала устроилась уборщицей в ресторан, а потом в гостиницу горничной. Но уже спустя два года я окончила курсы и теперь поднялась на ступеньку выше.

А так как Кипр — туристический остров, то перспективы в этой сфере есть, — рассказывает Наталья. — И напоследок: хоть киприоты очень похожи на белорусов, такие же гостеприимные, добрые, но все-таки мы лучше — работящие, реалисты. Мы никогда не ждем, что кто-то изменит нашу жизнь, мы сами ее меняем, оставаясь при этом веселыми и счастливыми!»

Комментарии / Обсудить
comments powered by HyperComments
Предыдущее
Газета Слонимская

«Дубай — город, побивший все рекорды. Приехав сюда единожды, не хочешь уезжать»

Автор(ы): Ольга ШИНКЕВИЧ

36-летняя слонимчанка Евгения Агеева почти 15 лет живет на Аравийском полуострове в Объединенных Арабских Эмиратах, крупнейшем городе Дубае. За это время Женя успела сменить много работ, выйти замуж, дважды стать мамой...

В Эмираты за хорошей работой
«Но обо всем по порядку. Много лет назад я уехала в ОАЭ с подругой. Одна бы, наверное, побоялась, — начала свой рассказ Евгения. — Хотела поработать где-нибудь пару лет, заработать денег и вернуться домой. Конечно же, попутешествовать тоже хотелось. Кстати, почти у всех моих знакомых из ОАЭ в планах тоже было приехать в Дубай только на пару лет, и тем не менее десять лет спустя мы все еще здесь, — улыбается Женя. — Так вот, мы с подругой обратились в минское агентство по трудоустройству за границей, нам сразу предложили Дубай. Честно говоря, согласились мы не сразу, долго думали и сомневались (мы хотели поехать в Ирландию, где уже жила еще одна наша подруга). Но в агентстве нас быстро переубедили: сказали, что столько, сколько в Эмиратах, нигде не заработаем. Больше всего нас смущал тот факт, что это мусульманская страна, о которой нам было очень мало известно. В агентстве нам показали фотографии ОАЭ с небоскребами и Персидским заливом... Короче, мы согласились, решив, что в любой момент сможем уехать».

Так, налегке, Женя улетела в Дубай, чтобы заработать деньги на жизнь и путешествия.

«За почти 15 лет жизни в Эмиратах мне пришлось сменить много работ. Дольше всего работала продавцом-консультантом в магазине одежды. Конечно, моё филологическое образование здесь не пригодилось, — рассказывает Женя. — В основном все русскоязычные работают в сфере обслуживания. Подруга, которая прилетела со мной, тоже начинала в магазине, а сейчас является менеджером отдела кадров в крупной компании».

По рассказам Жени, зарплаты в Дубае высокие, особенно в сравнении с белорусскими. «Даже мой знакомый из Лондона, где зарабатывают достаточно много, говорит, что дома он столько никогда бы не получал, а он работает инженером на местных авиалиниях, — говорит Евгения. — В сфере обслуживания на самом деле низкие зарплаты. Официанты получают максимум 500 долларов плюс чаевые, но при этом им обычно предоставляется жильё и питание. У всех, кто работает в сфере обслуживания, только один выходной. А вообще официальные выходные здесь пятница и суббота».

«Когда я работала в магазине, то получала примерно 2 000 долларов, из которых почти половину отдавала за квартиру. Аренда жилья здесь, наверное, самая дорогая в мире. Например, за двухкомнатную квартиру в хорошем районе придётся заплатить примерно 20 000 долларов в год», — рассказала Женя.

Эмираты — страна иностранцев
«К местному укладу жизни мы очень быстро привыкли. В Эмиратах очень много иностранцев, поэтому здесь не сильно ощущается, что это мусульманская страна, — рассказывает Евгения. — Здесь невозможно получить гражданство. Даже если ты родился в ОАЭ и прожил всю жизнь. Поэтому коренного населения здесь около 11%».

Женя с подругой, приехав в мусульманскую страну, не ощутили на себе ее строгие запреты: «Можно ходить по городу в шортах, очень много ночных клубов, где можно заказать любой алкоголь, в супермаркетах продаётся свинина (правда, в специальном отделе, где написано «не для мусульман»). Единственное, что меня удивляло, так это одежда местных. У некоторых женщин в парандже закрыто лицо. Мне приходилось видеть их в ресторане, как они приподнимают эту накидку и пытаются есть... Всегда казалось, что это пытка какая-то. Кстати, к религии это не имеет отношения, согласно исламу лицо женщины должно быть открыто, покрыты могут быть только волосы. Так что здесь закрывать лицо — это просто национальная традиция. И конечно, на пляже при купании паранджу никто не снимает».


Дубай — город рекордов
«Наверное, стоит рассказать о самом городе, чтобы было понятнее, почему отсюда так сложно уехать.

Дубай — город рекордов. Здесь находится самое высокое здание в мире — Бурдж-Халифа, самый большой торговый центр в мире — Дубай Молл. В 2014 году на Новый год здесь был самый большой салют — 78 000 фейерверков зажглось одновременно. В городе и самый высокий в мире отель — JW Marriott Marquise hotel. Здесь даже шутят, что Дубай побил все рекорды как город, побивший больше всего рекордов в мире, — улыбается Женя. — И на этом останавливаться не собираются: планируют построить здание выше Бурдж-Халифы, скоро закончится строительство «подводных» домов, где весь первый этаж будет под водой, а второй — над. Уже в марте начнёт работать дубайский сафари-зоопарк, где 10 000 животных будут свободно разгуливать по огромной территории, и смотреть на них можно будет через окно автомобиля».

Одним словом, в Дубае есть все. «И под «всё» я имею в виду абсолютно всё, — говорит Женя. — Здесь есть снег — Ski Dubai в Эмирейтс молле, где можно кататься на лыжах и санках в любое время года. В торговых центрах представлены практически все бренды мира. Есть множество игровых площадок и два огромных аквапарка. Поскольку в Дубае проживают представители почти всех национальностей, здесь представлены все кухни мира. В городе лучшие парки развлечений, где есть множество аттракционов и для детей, и для взрослых. В Дубае созданы все условия для любителей любого вида спорта, множество фитнес-клубов.

Насчёт погоды: примерно семь месяцев в году она здесь просто идеальна, но где-то с мая по октябрь на улице находиться просто невозможно. Летом температура воздуха примерно +50. И это при очень высокой влажности».

От зноя сбегаем в Беларусь
От такой невыносимой жары Женя с дочками улетает в Беларусь. «Я по-прежнему считаю Слоним своим домом и возвращаюсь туда каждое лето. У моей старшей дочери каникулы с конца июня до конца августа. Это время мы проводим с бабушкой и дедушкой, — рассказывает Женя. — Я сейчас не работаю, я домохозяйка. У меня две дочери, старшей скоро семь. Она сейчас во втором классе. Здесь очень много школ. Есть частные и государственные, где учатся в основном дети местных. Среди частных школ можно выбирать в зависимости от того, какой у ребёнка первый язык. Есть школы с арабским языком, с английским, французским, русским. У меня есть знакомые, которые после рождения ребёнка продолжали работать — к некоторым приезжали родственники, другие нанимали няню, чтобы заботиться о ребёнке. Так вышло, что ни моя мама, ни мама мужа по состоянию здоровья помочь с детьми нам не могут. А оставить их с чужим человеком, даже с самой высококвалифицированной няней, мы просто не можем».



Экзамены с начальной школы
Старшая дочь Жени Лора учится в частной английской школе, где все предметы преподаются на английском. «Арабский идёт как второй язык, через год она начнёт изу­чать ещё французский. Уроки начинаются в 7:45, домой Лора приезжает на школьном автобусе в 15:15, — рассказывает Женя. — Иногда я завидую белорусским детям, у них в начальных классах нет домашнего задания. Здесь Лора сдает экзамены в конце каждого семестра. За неделю до зимних каникул дочка сдавала экзамены каждый день по всем предметам. Занятий уже не было, она уезжала утром и через пару часов возвращалась: после написания экзаменационной работы.

В каждой частной школе своя униформа. И очень строгие правила к внешнему виду: туфли должны быть только черные, носки — только белые. Даже заколки для волос должны быть определенного цвета. И никакой бижутерии».

За всё надо платить
«В Дубае всё платное: и школы, и медицина. Например, если у ребенка высокая температура, то прием-консультация педиатра будет стоить около 150 долларов. Лекарства надо покупать отдельно. Скорую помощь здесь вызывают, если человеку совсем плохо: высокая температура обычно не повод для этого», — говорит Женя. — Роды, если это кесарево сечение, в хорошей больнице с отдельной палатой стоят примерно 8 000 долларов — это с прививками новорожденному. Зато проживание в клинике после родов напоминает проживание в отеле: муж мог находиться со мной 24 часа в сутки. В любое время разрешены визиты родственников и друзей. В палате телевизор, телефон, Wi-Fi, меню (в любой момент можно позвонить по телефону и заказать что угодно). Ребёнок все четыре дня (именно столько нужно находиться в больнице после кесарева) был под присмотром нянечек. Хотя я могла позвонить в любой момент и попросить, чтобы её принесли».



Время лететь в Дубай
«Кстати, хотела посоветовать, если кто-то хочет прилететь... Мне кажется, лучшее время для отдыха в Дубае — начало января. В это время здесь очень комфортная погода. И ещё сейчас проходит дубайский зимний фестиваль, когда по всему городу проводятся различные мероприятия, а во всех моллах идут распродажи, — говорит Женя. — Есть прямые рейсы Дубай — Минск, один билет в обе стороны на взрослого стоил почти 1 000 евро. С марта авиакомпания Еtihad airlines прекращает рейсы в Минск. Вообще, билеты в Беларусь были самые дорогие, думаю, это потому, что у них не было конкурентов».

В Дубай обычно летят не отдыхать, а работать. Тем более что в ОАЭ ее навалом. «Работу здесь найти не сложно, — говорит Женя. — Самая распространенная сфера обслуживания требует обязательное знание английского языка. Нужно не только понимать, но и свободно на нем общаться. Хотя сейчас не самое подходящее время — в Эмиратах кризис тоже ощущается...»


Фото из личного архива Евгении АГЕЕВОЙ

Комментарии / Обсудить
comments powered by HyperComments