Гудериан чуть не попал в плен
Аэродромы Слонимского района начали бомбить утром 22 июня 1941 года. По воспоминаниям выживших очевидцев, их первой мыслью было, что это учения или провокация. И даже когда появились убитые и раненые, а на дорогах — первые беженцы, мало кто понимал происходящее. Ясность появилась только после радиообращения Вячеслава Молотова в полдень.
Все предприятия и организации сразу перешли к режиму работы в условиях военного времени. К вечеру 23 июня в Слониме высадились немецкие десантники, к городу скрытно продвигались колонны вражеских танков.
— С нашей стороны в этот день сюда были переброшены 155-я и 121-я стрелковые дивизии РККА, которым поручили организовать оборону и остановить продвижение гитлеровцев на восток, — рассказывают в Слонимском районном краеведческом музее имени И.И. Стабровского. — Обе советские дивизии выдвинулись навстречу врагу. Но уже в четырех километрах от города столкнулись с немецкими мотоциклистами. После короткого боя красноармейцы начали окапываться.
Утром на позиции наших войск вышли танки 17-й дивизии 2-й танковой группы Гудериана. Завязались первые ожесточенные бои. Враг нес огромные потери, но натиска не снижал. 24 июня гитлеровцы смогли прорваться в западную часть Слонима, при этом восточная вместе с железнодорожным вокзалом, за рекой Щара, оказалась им не по зубам. На помощь оборонявшимся бойцам РККА пришла 22-я танковая дивизия под командованием полковника Ивана Кононова, которой удалось оттянуть на себя серьезные силы немцев. Именно здесь агрессору пришлось перейти к редко встречающейся обороне обратным фронтом.
По воспоминаниям Гудериана, во время раздачи приказов из командного пункта 17-й танковой дивизии в западной части Слонима за его спиной раздались выстрелы и взрывы. Гитлеровцы в ужасе обернулись — из клубов черного дыма появились советские танки, которые вели огонь по немецким позициям из тыла. Несмотря на то, что техника вермахта сразу пошла в контратаку, в штаб 17-й танковой дивизии прилетело несколько снарядов, смертельное ранение получил один из штабистов. В тот же день Гудериан чуть не попал в плен. Позже он вспоминал: «Я поехал обратно на командный пункт группы и вдруг наскочил на русскую пехоту, которая на грузовых автомашинах была переброшена к Слониму. Сидевший рядом со мной мой водитель получил приказ «полный газ», и мы пролетели мимо изумленных русских…»
Ожесточенные бои у Слонима не стихали. Три дня части РККА одну за одной отражали атаки фашистов. Немцы смогли прорваться только на одном из участков, оставив на рубеже более 50 танков. Поэтому противник ввел в бой резерв — 46-й танковый корпус. Вечером 26 июня нашим войскам поступил приказ командования оставить Слоним.
Геноцид в городе
Когда немцы захватили Слоним, там проживали 25 тысяч человек, три четверти из которых были евреями. Стремительная оккупация не позволила людям эвакуироваться. Немецкий гебитскомиссар Герхард Эррен жаловался начальству: «Создать в городе гетто невозможно, так как не хватает колючей проволоки и охраны». Поэтому фашисты фактически превратили населенный пункт в один большой концлагерь. Начались жуткие расправы, самые страшные — 17 июля и 13 ноября. Во время осенней облавы маленьких детей выбрасывали из окон или разрывали на глазах у матерей. Тех, кого привозили на расстрел, заставляли раздеться и петь «Катюшу». Последнюю расправу над евреями немцы устроили в декабре 1942 года…
— Несмотря на смертельную опасность, в слонимском гетто был создан подпольный центр, который насчитывал порядка сотни человек, — рассказывают в Слонимском районном краеведческом музее. — Так, работавшие на складе военных трофеев по частям выносили из него оружие, боеприпасы и тайком передавали партизанам.
Немцы, латышские полицаи и белорусские коллаборанты также проводили чудовищные расправы над жителями Слонимщины. В «Акте о гитлеровских злодеяниях в Слонимском районе» от 19 июля 1944-го описаны факты убийства мирных жителей в ночь на 4 июля, совершенные на Петралевичской горе в одном километре от города. Из общей могилы советские следователи извлекли тела родителей вместе с детьми. Среди убитых — врачи, инженеры, семинаристы, крестьяне. «У всех жертв руки завязаны назад проволокой… большинство детских жертв брошены в яму живыми…» — свидетельствует документ. Расправа произошла за неделю до освобождения населенного пункта от фашистов.
Партизанский край
В лесах оккупированного района укрывались партийные и комсомольские работники, попавшие в окружение солдаты и офицеры РККА. Они собирали оружие, объединялись в группы, совершали диверсии. Так в июле 1941 года в Андреевских и Рахоловских лесах возникла первая партизанская группа. Ее возглавил бывший директор колхоза Александр Фидрик. Поздней осенью в результате предательства каратели окружили народных мстителей. В неравном бою Фидрик и еще несколько бойцов погибли.
— Выжившие партизаны соединились с группой Павла Пронягина, возглавившего в апреле 1942 года вновь созданный отряд имени Н.А. Щорса, численность бойцов которого быстро росла. В него вступали бывшие военнопленные, узники гетто и местные жители. К концу июля в отряде насчитывалось более 500 человек, вооруженных не только стрелковым оружием, но и десятками пулеметов, двумя 45-миллиметровыми пушками, — приводят детали в Слонимском районном краеведческом музее.
В августе 1942 года отряд имени Н.А. Щорса при помощи других партизанских соединений разгромил немецкий гарнизон в Коссово, насчитывавший более 300 гитлеровцев и предателей из местных. Были убиты десятки нацистов, захвачены склады с оружием, освобождено около 200 узников гетто. Через неделю щорсовцы уничтожили немецкую школу пулеметчиков в деревне Гавеновичи.
Также на Слонимщине действовали другие партизанские соединения, в том числе бригады «Советская Белоруссия», имени К.К. Рокоссовского, имени П.К. Пономаренко. Бойцы последней уничтожили 10 немецких гарнизонов, пустили под откос десятки эшелонов, почти полностью парализовав движение по железным дорогам Слоним — Барановичи и Барановичи — Лида.
— В октябре 1943 года был создан Слонимский подпольный райком КП(б)Б, — рассказывают в музее. — Местным подпольщикам даже удалось подослать своего человека к руководителю Белорусской центральной рады Радославу Островскому. Его личным секретарем стала Евдокия Козлова, которая до оккупации была знакома с предателем, а в годы войны оказалась в Слониме. Женщина смогла войти в доверие к Островскому, благодаря чему народные мстители получали ценнейшую разведывательную информацию.
Радость освобождения
В июле 1944 года разгромленные в районе Барановичей немецкие части отступали к Слониму. Передовые части Красной армии, несмотря на артиллерийский, минометный огонь противника и налеты люфтваффе, шли практически след в след за отступающими оккупантами. Остановить продвижение частей Красной армии к этому моменту немцы уже не могли.
Наступление на Слоним советские войска начали 9 июля 1944 года в пять вечера. Части 1-го Белорусского фронта выдвинулись к городу сразу с трех сторон. К десяти вечера в Слониме разгорелись жестокие уличные бои. Через несколько часов немцы бежали в западную часть города, взорвав за собой мосты через Щару. В полночь, под непрекращающимся артиллерийским и пулеметным огнем, бойцы Красной армии вслед за противником начали переправляться через реку.
— К 10 утра части 37-й гвардейской стрелковой дивизии проломили оборону противника в северной части города. Практически в это же время бойцы 15-й стрелковой дивизии перехватили инициативу в южной части населенного пункта. Оставшиеся в живых фашисты хаотично побежали на запад. К полудню 10 июля 1944 года Слоним был очищен от остатков гитлеровцев, засевших в подвалах и на чердаках, — рассказывают в Слонимском районном краеведческом музее.
Однако немецкое командование не смогло так просто смириться с потерей стратегически важного населенного пункта. В контратаки пошли пехотные батальоны вермахта при поддержке танковых групп. Все они были отбиты.
Недописанная история Васи Крайнего
Родившийся в 1929 году, Вася ушел в партизаны вслед за старшим братом Антоном. Воевал вторым номером пулеметного расчета, участвовал в боевых операциях. В январе 1944 года помогал старшим товарищам подорвать немецкий эшелон. При возвращении на базу группа народных мстителей попала в засаду и была уничтожена. Последним замолчал пулемет. Получив более шести огнестрельных ранений, Вася потерял сознание и попал в плен. Гитлеровцы хотели выведать у него месторасположение отряда. По словам врача Екатерины Журавлевой, в больнице подросток отказывался принимать лекарства, срывал с себя бинты, втирал в раны землю.
Дальнейшая судьба Крайнего покрыта мраком, известно одно — информацию немцы от него не получили. Единственного свидетеля, врача Журавлеву, гитлеровцы казнили вместе с двумя дочками 5 и 7 лет. Ни одной фотографии героя до нас не дошло. В 1965 году Василий Антонович Крайний посмертно награжден медалью «За отвагу». Одна из улиц Слонима носит его имя.
В 1942 году партизан Касьян Панасевич во время боя с немецким гарнизоном в деревне Трибушки (Мирная) закрыл телом амбразуру дзота, дав возможность товарищам пройти вперед.
Отличившимся при освобождении города и форсировании реки Щара 11 соединениям и частям 1-го Белорусского фронта было присвоено почетное наименование «Слонимская». В честь освобождения города в июле 1944 года в Москве был дан салют 20 артиллерийскими залпами из 224 орудий.
Гебитскомиссар Слонима с 1941 по 1944 год Герхард Эррен так и не понес наказания. Свидетели вспоминали, что в годы оккупации он ходил по городу с собакой и кнутом, развлекаясь избиением прохожих. После войны палач работал учителем в Германии. Только в 1974 году был приговорен к пожизненному заключению, но так и не начал отбывать тюремный срок из-за бюрократических проволочек. Спокойно умер в 1984 году.
Долгое время считалось, что в годы войны на Слонимщине нацисты уничтожили 44 418 человек. Сейчас эта цифра уточняется.
Ул. П. Пронягина
Павел Васильевич Пронягин родился в 1916 году. Сначала работал учителем математики, позже стал кадровым военным. Был капитаном. Первый бой принял 26 июня 1941 года. Получив ранение, оказался в окружении. Ушел в партизаны, весной 1942 года возглавил отряд имени Н.А. Щорса. Бойцы Пронягина действовали в Барановичской (в те годы Слоним входил в эту область), Брестской, Минской и Пинской областях.
Пронягин — один из организаторов разгрома немецкого гарнизона в Коссово и других успешных партизанских акций. Весной 1943 года на базе отряда имени Н.А. Щорса было создано Брестское партизанское соединение, которое к лету 1944 года насчитывало 11 бригад и 12 отдельных отрядов. После войны был директором школы сначала в Татарской АССР, позже — в Великих Луках в Барановичском районе. Выйдя на пенсию, жил в Бресте. В 1979 году опубликована книга его воспоминаний «У самой границы». Персональный пенсионер республиканского значения, почетный гражданин города Бреста (1974). Умер в городе над Бугом в 1997 году. Его имя носят улицы в Бресте и Коссово.
Ул. Ф. Синичкина
Федор Михайлович Синичкин родился в 1901 году. Воевал на фронтах Гражданской войны. Кадровый военный, капитан. С 1940 года командовал отдельным автомобильным батальоном в Белорусском военном округе. В первые дни войны Синичкин был ранен. Прорываясь из окружения, его подразделение оказалось в Налибокской пуще. Там в августе 1941 года офицер создал первую партизанскую группу. В конце 1942 года он объединил разрозненные партизанские отряды в Липичанской пуще в Ленинскую бригаду. На ее вооружении находились танкетка, бронемашина, пушки и пулеметы. Федор Михайлович навел армейский порядок, разграничил зоны боевых действий, организовал обучение подрывному делу. Уже в мае 1943 года Ленинская бригада включала 6 отрядов общей численностью более двух тысяч бойцов. Позже Синичкин создает бригаду имени С.М. Кирова, которая только за осень 1943 года пустила под откос 26 эшелонов и взорвала 20 мостов. 15 августа 1944 года партизанскому командиру присвоено звание Героя Советского Союза. После войны Федор Синичкин долгое время занимал различные руководящие должности в Слониме и много сделал для восстановления города (председатель горсовета — с апреля 1946 по октябрь 1947). Умер в 1962 году. Его имя носит одна из улиц райцентра.
Ул. Н. Мирошника
Николай Владимирович Мирошник родился в 1925 году неподалеку от Харькова. Во время оккупации родного города гитлеровцами своими глазами видел все ужасы нацистского режима: массовые казни, террор в отношении мирных жителей. После освобождения Харькова призван в ряды Красной армии. Воевал на Ленинградском и 1-м Белорусском фронтах. Стрелок 118-го гвардейского стрелкового полка 37-й гвардейской стрелковой дивизии. При освобождении Беларуси войсковая часть, в рядах которой сражался ефрейтор Мирошник, наступала по направлению Осиповичи — Барановичи — Слоним. Во время форсирования реки Щара возле Слонима он закрыл своим телом амбразуру немецкого пулемета, чем спас жизни боевых товарищей и обеспечил их продвижение во время атаки. На момент гибели Николаю Мирошнику было 19 лет. Герой похоронен в братской могиле в Слониме. 15 февраля 1968 года награжден орденом Отечественной войны 1-й степени (посмертно). Имя Николая Мирошника носят улица и переулок в Слониме.
Алексей ГОРБУНОВ,
фото БЕЛТА и предоставлены Слонимским районным краеведческим музеем,
«7 дней»
В Слониме празднуют День Победы: память, слёзы и живые истории
