Наверх
Слоним
небольшая облачность
5 °C
Зельва
небольшая облачность
5 °C
Волковыск
ясно
6 °C
Мосты
ясно
6 °C
Дятлово
ясно
6 °C
Барановичи
ясно
4 °C
EUR 3.492
USD 3.2179
RUB(100) 3.5417
Цены на жизнь
Минимальная з/плата: 626 руб.
Бюджет прожиточного минимума: 339,83 руб.
Тарифная ставка первого разряда: 41 руб.
Базовая величина: 40 руб.
Ставка рефинансирования: 8,5%

Четыре минуты между жизнью и смертью: потрясающая история слонимчанки Нины Жуковской

30 августа 2023 19:22
Поделиться:

Нина Григорьевна Жуковская

Нина Григорьевна Жуковская – женщина с удивительной судьбой. Недавно она отметила свой 85-летний юбилей. И несмотря на все испытания, которые выпали на ее долю, она продолжает жить и радоваться каждому дню. Выглядит Нина Григорьевна просто замечательно — ее внешность поражает своей свежестью, моложавостью и положительной энергетикой.

При встрече с gs.by Нина Григорьевна поделилась секретами своей привлекательности и сохранения оптимизма.

– Моя бабушка прожила 100 лет и 1 месяц, а мама – 93 года, – начинает свой рассказ женщина.

– Нина Григорьевна, Ваша семья явно обладает генетикой долголетия. Как думаете, в чем секрет Вашего долголетия и Ваших близких?

– Я из дома уехала, когда мне было 16 лет. В то время своим родословным древом я особо не интересовалась. Только знаю, что у моего деда было 13 детей и он был подпольщиком. Но осталось только трое: моя мама и два ее брата.

Бабушка была сирота, работала у барина, была очень добрая. Она до ноября месяца ходила босиком.  Наверное – генетика.

1940 год принёс нашей семье беду: моего отца арестовали. Он был на тот момент председателем колхоза, и, возможно, кто-то на него донес. Мама вспоминала тот кошмар, когда к нашему дому в деревне ночью подъехал чёрный воронок и папу забрали. Он вернулся домой только в 1949 году, глубоко больным после страшных лагерных испытаний. Из его рассказов я узнала, что кормили в лагере плохо, обитатели ели всё, что могли найти, все, что шевелилось. Папа рассказывал, что в лагере каждый день умирали люди. Он выжил, но умер в 1952 году, и я практически его мало видела.

Наш дом в деревне находился в пяти километрах от Орла. Во время войны в нашем доме жили немецкие офицеры. По словам мамы, это были не злобные люди, так как это не были военные СС. Однажды заболел мой брат, так они дали ему таблетку, и он выздоровел. Мне на то время было всего три годика, я помню, что ходила за кашей в немецкую столовую. Я только потом узнала, что это был рис с джемом.

Еще мне запомнился эпизод, когда мы с мамой пасли корову в поле и начался обстрел с самолетов. Я пригнулась к земле, мама прикрыла меня собой, а рядом улеглась наша корова. Чудом ни одна пуля не коснулась нас. Может, это было благодаря вере моей мамы, которая ходила в церковь, была певчей.

После окончания школы Нина Григорьевна поступила в Москву в техникум мясной и молочной промышленности, после окончания которого по распределению уехала работать в Бобруйск. Трудилась на мясокомбинате мастером убойного цеха.

– В Бобруйске я проработала всего полгода, после чего меня отправили работать в Слоним на мясокомбинат, где я тоже работала мастером. Но мне эта работа не нравилась, меня больше тянуло к творчеству. Вообще, в детстве я мечтала быть актрисой. Помню, как в шестом классе я играла роль матери, а роль сына исполнял невысокого роста мальчик. В этой пьесе был эпизод, когда я должна была говорить: «Додик, целуй маму в щеку». Так меня до десятого класса ученики дразнили: Додик, идет твоя мама, иди поцелуй ее в щеку. Я плакала, не знала, куда деться, – делится воспоминаниями женщина.

После того как Нина Григорьевна обрела семью, её жизнь претерпела кардинальные изменения. Она решила, что больше не вернется к своей прежней работе на мясокомбинате. Она устроилась работать в часовую мастерскую, где проработала 30 лет.

Сын Нины Григорьевны Михаил, ему 2 годика

Нина Григорьевна на демонстрации на 1 Мая

Нина Григорьевна с дочерью Ниной

– Я начинала работать в часовой мастерской кассиром-приемщиком. Но я всегда была человеком, который стремился учиться новому, и очень скоро освоила профессию часового мастера, –  рассказывает Нина Григорьевна. – Мой первый опыт ремонта часов был на моих собственных. Эта работа мне очень нравилась. Я забывала о времени, когда погружалась в свою работу. Часы для меня стали не просто предметом ремонта, но и искусством, которое я искренне полюбила. Порой я проводила за рабочим столом до 12 часов, и мне это приносило огромное удовольствие, – говорит Нина Григорьевна, вспоминая свои дни в часовой мастерской.

Как Вы попали работать в театр? Какой была Ваша роль и какие самые яркие моменты Вы помните?

– Мой путь в театр начался совершенно неожиданно. Работая в комбинате бытовых услуг, я не думала о сцене. Однажды ко мне подошел директор местного театра Николай Варвашевич. Он удивил меня предложением перейти работать в театр, отметив, что мой типаж именно тот, который ему нужен для роли. В тот момент я отказалась из-за тяжелой болезни моего мужа. Но жизнь иногда бывает жестока – муж ушел из жизни.

Пройдя период скорби, я решила вернуться к предложению Николая Варвашевича. По приходе в театр директор сказал, что одной из актрис сложно справляться с ролью. Без колебаний он поручил мне ее исполнение. Это было в спектакле «Эшелон», где мне нужно было воплотить образ скандальной женщины. Сначала мне было сложно – я ведь совсем не такая! И я сказала Варвашевичу: «Зачем кричать, если можно это сказать спокойно?» Тогда он сказал, что снимет меня с роли, так как у меня не получалось. Тогда я как разошлась… И он сказал: «Вот так и надо играть!» Так я и на работу ходила, и играла в народном театре.

Потом в театре ставили «Павлинку», где я изначально играла роль Альжбеты, а потом – Агаты.

– Какие роли Вы играли в театре?

– В театре я, как правило, воплощала в себе образы злых персонажей. В основном мне доводилось играть Бабу Ягу. Это мой коронный номер, и мне доставались все отрицательные роли. Но, знаете, всегда мечтала о том, чтобы показать себя с другой стороны, сыграв нежную, мягкую женскую роль.

Каков был опыт работы под руководством Николая Варвашевича в театре?

– Это была настоящая школа, никакой институт не даст того, чему он учил. Режиссер Николай Федорович  занимался с нами от и до, занимался постановкой голоса, музыкой… Он был истинным учителем в искусстве, мастером своего дела, и благодаря ему я научилась понимать глубину своего персонажа, чувствовать сцену. Одним словом – мы прошли всю его школу. Он был очень хороший педагог.

– Сколько ролей Вы сыграли в театре?

– За время своей карьеры я сыграла в 50 различных ролях и участвовала в большинстве постановок. В 70 лет из-за состояния здоровья мне пришлось покинуть сцену театра. Но я активно продолжаю участвовать в общественной жизни, являюсь волонтером Центра социального обслуживания населения Слонимского района, меня приглашают выступать на различных городских мероприятиях, где я рассказываю байки. Так что моя жизнь продолжается в активном ритме.

У Нины Григорьевны на счету много наград, к которым она относится с особым уважением и трепетом.

Заслуженные награды Нины Григорьевны

– Какие события или моменты своей жизни Вы считаете наиболее значимыми или памятными?

– Существует несколько моментов в моей жизни, которые навсегда останутся со мной. Один из них случился в 1985 году, когда я была в Ашхабаде, где мы вместе с театром выступали в военном госпитале. Тогда я воочию увидела все ужасы афганской войны. Сколько детей было покалечено. За что — я не могла понять.

Мы играли в палатах, и я почувствовала чей-то взгляд. Я обратила внимание, что на меня смотрит молодой солдатик. После спектакля он сказал мне: «Мама, подойди сюда». Я подошла к нему, он сказал, что мы хорошо играем. После чего спросил: «Мама, а ты еще придешь сюда?» Я сказала, что приду. Он рассказал, что родом из-под Москвы. Мы поговорили с ним, а потом он попросил, чтобы я открыла простынь. Я открыла и увидела, что у солдатика нет ни рук, ни ног, одно туловище. Он тогда просил меня, чтобы я помогла ему умереть. Говорит: «Я даже покончить с собой не могу». Я его поцеловала, обняла, стала уговаривать, что он должен жить, что он нужен своей маме, что она его не бросит никогда. Я его накормила, написала письмо его маме. Он благодарил меня, говорил, что я ему хоть немного дух подняла. Выяснилось, что у него в руке разорвалась граната. Мы тогда там пробыли десять дней, я его навещала, а потом мы уехали, как сложилась его судьба, я не знаю.

С тех пор прошло много лет, но этот молодой человек и его история навсегда останутся в моей памяти.

Моя дочь неожиданно ушла из жизни в 56 лет всего пару лет назад. Этот удар был страшным. Я осталась одна в этом мире из ближайших родных. Я столько всего пережила: маму похоронила, братьев, мужа. Остались лишь мои внуки, семья сына, зять, которые являются для меня опорой.

Нина Григорьевна рассказала, что пару лет назад у нее случился инфаркт, сердце остановилось на 4 минуты. Но благодаря слаженной работе медиков, она выжила. Оказалось, что у нее был коронавирус.

— И сама два года назад была на грани жизни и смерти. Чувствовала себя хорошо, недомоганий никаких не было, пошла в магазин, а на дороге упала в снег и начала задыхаться. Лежу, рукой машу водителям. Один проехал мимо, и я подумала, что, наверное, буду умирать здесь в снегу. А второй водитель остановился и отвез меня домой. Потом скорая, реанимация, у меня была остановка сердца, которая длилась 4 минуты. В реанимации я пришла в себя и давай врачам байку рассказывать:

Бабка спіць пасля наркоза

Быццам жоўтая мімоза.

У ложку голая ляжыць

І ад холада дрыжыць.

Врачи были в шоке от моего юмора. Один из них обеспокоенно спросил: «Вам холодно?» Я с улыбкой ответила, что просто захотелось поделиться байкой. Медики были удивлены – никто из пациентов до меня не рассказывал байки в такой ситуации.

Слава Богу, медики меня вернули к жизни, за что я им безмерно благодарна.

– Нина Григорьевна, что Вы бы посоветовали себе молодой, имея свой опыт и знания сейчас?

– Имея за плечами солидный жизненный опыт, я бы пожелала себе быть помягче. Я все как-то воспринимала жестко, не знаю, может быть, жизнь такая была. Мне кажется, что я много, много бы чего изменила. Например, в семейной жизни надо было больше уступать, разговаривать, общаться друг с другом. Но я ведь из дома ушла во взрослую жизнь в 16 лет. Меня никто не наставил, не научил, я сама, как чувствовала, так и делала. Я всегда уважала людей и никому зла не сделала. И всегда помнила слова мамы, которая мне говорила: «Доченька, всегда помогай людям, тебе Бог поможет». Слова матери стали моим девизом по жизни.

– Какие жизненные уроки Вы бы хотели передать молодому поколению?

– Надо быть человечнее. Раньше для нас учителя были богами, мы их уважали. Помню, если мне учитель сделает замечание, я приходила домой и плакала, почему я обидела учителя, и детей своих я учила уважительно относиться ко всем.

Родителям надо больше уделять внимания своим детям, и надо их контролировать. Я за своими детьми везде ходила и ездила, уделяла им внимание. И внуки у меня все хорошие, все их уважают, и они меня уважают, хотя я была строгой бабушкой.

Раньше люди были больше заняты работой и находили время для воспитания своих детей. Я вспоминаю свое детство: когда я была в шестом классе, мне надо было убрать дома, кровати заправить, накормить кур и свиней, выгнать на пастбище коров, все это входило в мои обязанности. Братья занимались заготовкой сена для животных, в колхоз ходили работать. Все работали.

– Чего Вы желаете себе и своей семье на ближайшие годы?

– Родных у меня уже мало осталось, всем им желаю самого главного – здоровья.

Наш канал в Telegram